Главная
После Аристотеля греческая философия в значительной мере утрачивает
свой исконно творческий характер и в ней многое повторяется из того,
что было создано ранее. Идеи Гераклита и Демокрита, Платона и
Аристотеля и многих других оригинальных мыслителей, начинают жить новой
жизнью, иногда причудливо друг с другом сочетаясь. Но эта новая жизнь
вторична.
Даже такая грандиозная философско-мировоззренческая система как
философия Плотина, достойно за-вершающая древнезападную философию, тоже
вторична и названа историками философии именно неоплатонизмом, а не
«плотинизмом» далеко не случайно: Плотин взял за основу своего
мировоззрения систему философских взглядов Платона, к чему он примешал
элементы аристотелизма и стоицизма. Всё это он сделал творчески. Однако
это творчество всё же относительно. Неверно, конечно, было бы думать,
что за все заключительное тысячелетие существования греческой
философии, превосходящее в два раза продолжительность периодов ее
формирования и расцвета, совсем не было ничего нового. Новое было —
например, такое своеобразное явление, как скептицизм. Однако это скорее
антифилософия, чем философия в её положительном смысле, как бы
проявление усталости философии от самой себя, но и антифилософия может
быть тоже философией, если она существует в контексте философии, как её
самоотрицание.
Разделы |
