Эллинистические киники
Киники и в период эллинизма и позднее продолжали шокировать обывателя своим экстравагантным поведением, которое вытекало из кинического мировоззрения и было главной формой существования их философии настолько, что многие наблюдатели отказывались видеть в кинизме философию, а принимали его просто как образ жизни, как кинический образ жизни. В самом деле, киники думали, что сильнее всякого словесного опровержения практическое доказательство и что поэтому «все следует доказывать делами»
«Три слона» кинизма. Кинизм (хг^ктцое) как образ мыслей и действий киников как бы стоял на «трех слонах». Их имена: аскесис (сшхг|агц;), апайдеусиа (ошси-беиоча) и аутаркейа (аягшрхекх).
Стоя на этих «трех слонах», первые киники еще до гибели суверенного греческого полиса ' произвели переоценку нравственных и гражданских ценностей классического грека, дискредитировав как их, так и связанные с ними нравственные и гражданские добродетели и предвосхитив, таким образом, будущее, когда Греции как совокупности суверенных полисов не стало. Эту переоценку начал делать Антисфен, а продолжил Диоген Синопский.
Легенда рассказывает, что Диоген Синопский, сын Гикесия из южночерноморской Синопы, вместе со своим отцом-менялой подделывал деньги (обрезывал монеты). Когда его отец попал за это в тюрьму, а Диогену пришлось бежать из Синопы, то он, оказавшись в Афинах, начал подделывать ценности иного рода, те, о которых было сказано выше. Согласно другой версии легенды, Диоген получил в Дельфах в храме Аполлона от жрицы-пифии двусмысленный оракул: «Сделать переоценку ценностей», что можно было понять и как указание переоценивать (т. е. подделывать) имеющую хождение монету и как указание переоценивать установившиеся обычаи, общественный порядок, сложившуюся традицию, правовые нормы.
Закаляя свою душу, Диоген Синопский просил подаяние у статуи, чтобы приучиться к отказам. Закаляя тело, он зимой обнимал ту же статую, запорошенную снегом, а летом катался по раскаленному песку. Говорят, что он даже ходил босыми ногами по снегу и пы-тался есть сырое мясо, но не мог его переварить . Стремясь к максимальной разгрузке от вещей, Диоген, увидев, как мальчик пил воду из горсти, выбросил из котомки чашку, а когда увидел, как мальчик, нечаянно разбив свою плошку, ест чечевичную похлебку из куска выеденного хлеба, выбросил и миску. Некоторое время Диоген ночевал в большом глиняном сосуде — пифосе.
Киники думали, что боги, дав людям все самое необходимое для жизни, обеспечили им легкую и счастливую жизнь. Люди же, не зная меры в своих потребностях, сами себя сделали вечно озабоченными и несчастными.
Обратной стороной кинического аскесиса было презрение к наслаждениям, которое, правда, само приняло форму наслаждения. Киники «с наслаждением презирают самое наслаждение» .
Свой идеал по возможности простой жизни киники пытались прививать через воспитание. Когда, став нечаянно рабом, киник-грек Диоген из Синопы оказался воспитателем детей своего хозяина, грека Ксениада в Коринфе, то он учил их, «чтобы они сами о себе заботи-лись, чтобы ели простую пищу и пили воду, коротко стриглись, не надевали украшений, не носили ни хитонов, ни сандалий, по улицам ходили молча и потупив взгляд»
Киники презирали богатство. Переоценка ценностей и состояла прежде всего в том, чтобы бедные перестали стыдиться своей нищеты. Если Гесиод полтысячелетием ранее сказал в своей поэме «Труды и дни», что «стыд удел бедняков, а взоры богатого смелы» , то киники вознамерились перевернуть эту вечную ситуацию и добиться того, чтобы стыд стал уделом богатых, чтобы взоры бедных стали смелыми. Напрасная затея! Но так или иначе киники учили, что «богатство не относится к числу необходимых вещей» . Богатство аморально — таков основной тезис киников. Киники утверждали, что «стяжатель не может быть хорошим человеком» , что «ни в богатом государстве, ни в богатом доме не может жить добродетель» . Диоген Лаэртский пишет о Диогене Синопском, что «алчность он называл матерью всех бед» . Богатство — источник тирании. Стобей в своей «Антологии» сообщает: «Когда один человек стал упрекать Диогена в бедности, он сказал: «Несчастный, я никогда еще не видел, чтобы из-за бедности кто-нибудь стал тираном, а все становятся тиранами только из-за богатства»
Разделы |
